Вы здесь

«Музей должен рождать вопросы, чтобы после человек захотел сюда вернуться и поискать на них ответы»


Как превратить музей в так называемое «третье место» (после дома и работы), где человек будет чувствовать себя уютно и комфортно и где сможет провести чуть ли целый день? Как пробудить интерес к истории и как подавать информацию, чтобы она воздействовала на чувства? Что сделать для того, чтобы посетитель захотел сюда вернуться второй, третий, десятый раз? Ответы на эти вопросы я искала в музеях Польши, работающих с военной тематикой.


Экспозицию нужно «читать»

Экспозиция — это сердце музея, но не нужно ограничиваться только ей, — уверены создатели музея Второй мировой войны в городе Гданьске, одного из самых молодых музеев Польши. Сюда можно прийти, чтобы отдохнуть, узнать что-то новое, познакомиться с интересными людьми. Здесь есть кинозал, библиотека, выставочные площадки, кафе и ресторан, конференц-зал, который превращается в театральную зону, в концертную площадку. Все это также может работать на развитие, культуру, воспитание, по-разному воздействовать на человека.

Даже само здание уже вдохновляет посетителя на поиск. Созданное в стиле деструктивизма, оно вызывает различные ассоциации. Некоторые гости сравнивают его со снарядом,  который упал в землю и не взорвался, вторые — с постройкой, которая падает. Третьи замечают, что все связанное с войной находится под землей на нижних этажах, а будущее символизирует башня, которая тянется в высоту. Музей создан так, что здесь не нужны экскурсоводы. Он насыщен информацией, и каждый  человек сам решает, сколько и чего ему взять. Поэтому и кажется здесь все по-газетному — есть заголовок, подзаголовок и основная часть, не более 600 знаков. При создании музея было просчитано, сколько текста может усвоить человек, особенно если читать ему придется в полумраке и много времени он проведет на ногах. Все же одним посетителям нужен рассказ на более глубоком уровне — они будут все читать и слушать, — а другие не готовы много времени думать о войне. Но даже туристы, которые спешат, просто пробежав по экспозиции и обратив внимание только на «заголовки», выйдут отсюда с главной идеей: «Такая трагедия не должна повториться».

— Наша экспозиция нарративная. Ее нужно «читать», интерпретировать. В каждом рассказе есть начало, кульминация и конец, — объясняет Дмитрий Панто, главный специалист научного отдела музея Второй Мировой войны. — Мы уходим от знаний твердых, как было в музеях в 50-70-х годах, когда куратор прописывал некую истину и хотел, чтобы она точно передавалась в голову посетителя. Мы стремимся работать по другому принципу, не навязываем определенной точки зрения. Хотим, чтобы образование не заканчивалось после того, как человек вышел за порог музея, а, наоборот, начиналось. Музей должен рождать вопросы, чтобы после человек захотел сюда вернуться и поискать на них ответы.

Доминанта переходит от знаний в сторону эмоций, сопереживания. Экспозиция построена так, что посетитель превращается в соучастника событий. Особое внимание уделяется частным историям — здесь подано большое количество устных воспоминаний, около 480 минут. И когда слышишь рассказ свидетеля, задумываешься: «А что бы я делал на его месте?» История становится более близкой, понятной.

Аудиогид помогают посетителю сориентироваться, а после начинается самостоятельный поиск. Каждый гость музея находит детали, которые цепляют, заставляют остановиться, задуматься: эмоциональные фото, вещи с историей, кинохронику, звуки, цвета, символы. Здесь можно услышать голоса из прошлого, увидеть агитплакаты из разных стран, задержаться у панелей с сотнями фотографий жертв Холокоста, либо оказаться на разрушенной улице...

Дети становятся исследователями

Самых маленьких посетителей еще нужно научить «читать» музейные рассказы. На основную экспозицию школьников не поведешь (она рассчитана на возраст 12+), поэтому для них в военном музее Гданьска создано отдельное образовательное пространство. Здесь использован метод погружения: дети сравнивают три вида одной и той же квартиры, видят, как она менялась во время войны. Они самостоятельно пытаются найти ответы на разнообразные вопросы — например, что за семья здесь жила, имела ли она достаток, чем занимались ее хозяева. Отрывной календарь подскажет дату, с копий старых газет можно узнать, что за события происходили. Например, первая комната показывает жизнь конкретной семьи в самом начале войны. В ящиках стола дети найдут документы, обратят внимание на  бижутерию, посуду, пейзаж за окном. Но вот они переходят в следующее помещение и замечают, как жилье изменилось, — пропали украшения, книги, картины, шкаф, мать перешила свое платье на одежду для дочери, появились примус и буржуйка (значит нет централизованных света и отопления), одно из семейных фото перевязано черной лентой, постелено на полу (видно, что сюда подселились новые люди). Самые внимательные юные исследователи могут даже найти тайник с фальшивыми документами, листовками. Так выглядела квартира в оккупированной Варшаве в 1943 году. Еще несколько шагов — и дети увидят это же помещение полуразрушенным: в конце войны почти не осталось целых зданий. В результате школьники учатся сами искать факты, узнавать историю, к тому же переживать ее. И эта рефлексия — не лучшее ли средство для усвоения знаний. Кстати, школы записываются за три месяца, чтобы привести сюда детей. Здесь проводятся музейные лекции, можно сесть за столы в «военной квартире», поделиться мыслями или переместиться в помещение, оформленное как довоенный класс.

— Это новая форма рассказа о Второй мировой войне. Мне кажется, сегодня мало кто поймет историю, представленную на картах со стрелками, что показывают перемещение войск. Другое дело — когда мы говорим о том, что нечего было есть и людям приходилось бороться за выживание, — делится мыслями Дмитрий Панто.

Кстати, новые подходы, которые использованы в музее Второй мировой войны в Гданьске, не остались без внимания белорусских коллег. Наши музейщики приезжали сюда на стажировку, смотрели, как работает учреждение, собирали идеи. В свою очередь, белорусы помогают польским исследователям с поиском информации и свидетелей, воспоминания которых еще можно записать на видео. Гданьский музей интересует не только то, как война затронула Польшу, а вообще все, что происходило в это время во всем мире. Поэтому они работают в зарубежных музеях, архивах, налаживают контакты с историками из разных уголков мира, собирают книги, посвященные военной тематике. На сегодня у них более 150 тысяч экземпляров на 37 языках, в том числе была закуплена коллекция белорусских Книг Памяти.

Елена ДЕДЮЛЯ

Название в газете: Трэцяе месца, альбо Як завабіць людзей у музеі?

Выбор редакции

Общество

Корреспонденты «Звязды» отправились в рейд с сотрудниками ГАИ

Корреспонденты «Звязды» отправились в рейд с сотрудниками ГАИ

Обстановка на дорогах Минского района — не из самых простых.

Общество

Количество «антипрививочников» снижается, поскольку вакцины доказывают свою эффективность

Количество «антипрививочников» снижается, поскольку вакцины доказывают свою эффективность

Всемирная неделя иммунизации в этом году пройдет с 24 по 30 апреля под лозунгом #Vaccines Work for AN# — «За общий доступ к эффективным вакцинам».

Общество

Зиновий Пригодич. Воспоминания об архитекторе Леониде Левине. Ушел, чтобы остаться...

Зиновий Пригодич. Воспоминания об архитекторе Леониде Левине. Ушел, чтобы остаться...

С Леонидом Левиным, прославленным нашим архитектором, меня познакомил Геннадий Буравкин — его давний, хороший друг.

Общество

«Спасибо участковому — он нас хорошо бережет». Как милиция проводит профилактический рейд во время ситуации с коронавирусом

«Спасибо участковому — он нас хорошо бережет». Как милиция проводит профилактический рейд во время ситуации с коронавирусом

«Без милиции мы никак», — резюмировал Президент Беларуси Александр Лукашенко во время встречи с министром внутренних дел Юрием Караевым, имея в виду ситуацию с коронавирусом.