Вы здесь

Валентина Быстримович. «Подчёркивание белых полос»


Жизнь у всех полосатая. Не было бы у нас чёрных полос, не было бы и белых, их бы просто никто не заметил. Было бы серое, тоскливое, без красок и теней пространство. Кто знает, как бывает по-другому? По-другому, это уже не наш, а скорее всего параллельный мир.


Фото: pixabay.com

Анну возмущало, почему у неё такие широкие чёрные полосы и такие тоненькие, как ниточки, белые. Она вспомнила детство, как ночевала в сарае на дровах, накрывшись старым одеялом, и смотрела в маленькое окошко на звёздное небо. Месяц был тоненький и яркий — молодик. В сарае было тепло от дыхания животных, а на дворе — белый хрустящий рассыпчатый снег.

Пьяный отец бушевал, мать убежала к соседям на другую улицу, а она спряталась в сарае. Хотелось есть. Казалось — чёрная полоса, но она вспоминает детство с любовью, значит, это была белая полоса. Затем, была чёрная, она не хотела о ней вспоминать... Так и чередовались. 

Теперь серая полоса, хотелось бы, чтобы не перешла в чёрную. Анна знала, что всё зависит от её восприятия, тем не менее беспокоилась. Друг попал в больницу, а она не может вернуться. Её место пока здесь, у дочки, пока внучка пойдёт ножками. Кот остался дома один, попросила маму присмотреть за котом. 

Мама высказала столько недовольства... Поддавшись мрачному настроению, Анна день нервничала, разбила чашку, зацепилась за ножку стола и упала с внучкой на руках. Едва успела увернуться, чтобы быстро положить, почти бросить девочку на диван.

Слава Богу, ребёнок «придиванился» мягко, не заплакал, зато у Анны синяк на полноги, локоть припух, ребра болят и мелкие неприятности пошли. Много мелких. Как у Романа Карцева — «большие, но по 5, сегодня маленькие, но по 3». Так вот, по три, но много. 

Вечером нечаянно села на новые очки. Ей купила их дочка. Она приняла подарок с благодарностью, последнее время видела полмира, а в них целиком, в красках, тонах, полутонах, хотя и за стеклом. Когда видишь весь мир — это и есть белая полоса. И все разборки на работе, разбитая чашка... По сравнению со зрением, не полоса, разве что точка. 

Анна старалась переключиться на позитивную волну, чтобы войти в белую полосу. Выбросила разбитую чашку, вышла на балкон. Усыпанная звёздами бесконечность и тоненький молодик смотрели на неё в упор. По инерции подумала: «Если молодик, ссадины будут долго заживать», но быстро отогнала неконструктивную мысль: «Всё хорошо. Я счастлива, я с детьми, люблю их, и они любят меня. Очки отвезём в ремонт».

Легла в кровать, а мысль о чёрной полосе навязчиво крутилась. Анна знала, мысли могут материализоваться, и гнала её. В противовес усилиям в памяти всплыла одна из негативных полос. Она тогда очень устала, всё навалилось сразу, у неё не осталось сил. 

Это случилось 31 декабря, ей было 42, а казалось, что прожила уже 99 лет: всё видела, пережила, ничего больше не будет и быть не может. Её предала подруга, последняя встреча с любимым оставила жгучую обиду, которая заполняла все её клеточки нестерпимой усталостью и обречённостью. Но дома дети и мать, и нужно готовиться к встрече Нового года. 

С работы отпустили с обеда — предпраздничный день. Она зашла в магазин, купила продукты, у дома встретила детей. Те сообщили, что уходят встречать Новый год с одноклассниками, и как-то грубо ей ответили. Может это было и не грубо, она уже точно не помнила, но ей было обидно. Обида копилась, росла, переполняла её.

На кухне опять появились тараканы, их было никак не вытравить. Она посмотрела на таракана, который, нагло шагал по столу, и опустила руки. Зашла мать и стала отчитывать, что Анна плохо воспитывает детей, они ушли встречать Новый год и будут бесконтрольны... Чувство обиды переполнилось, Анна молча поднялась и пошла из дома.

Перестройка, погиб муж, зарплаты не хватает. Она выбивалась из сил, чтобы прокормить семью, чтобы дети не чувствовали себя обделенными, и матери было легко и хорошо. Сейчас, Анна понимала, что всё было не так плохо тогда. Проблема была с восприятием. ОБИДА закрыла мир.

Анна всегда считала самоубийц больными людьми. Умственно здоровый человек не станет прерывать свою жизнь. Всегда есть выход, не можешь жить в городе, живи в тундре, там тоже жизнь, и не известно, где лучше, среди каменных джунглей или деревьев. Во всём свои плюсы и минусы.

Иногда, просто свет звезды наполняет человека счастьем. Иногда, музыка кружит и несёт к звёздам. Рай жизни и ад не извне, они в нас, в том, как мы всё воспринимаем, видим, ощущаем, чувствуем. Мир каждого с ним рождается и с ним исчезает. 

Анна всё это знала и любила этот мир. Обожала пахнущее цветами и пчёлами поле, росные травы и шелест листвы. Она любила жизнь, умела видеть цветок, уловить аромат, ощутить нежность моря. Когда плывёшь, оно ласкает тебя, а ты гладишь его. 

Но ТОГДА, обида заслонила мир. Вдруг Анна оказалась в яйце, внутри яйца, как желток. Всё вокруг было невыразительно-серое, как в сумерках или во сне. Яйцо имело свое внутреннее серое пространство, оно на полтора метра отступало от контура Анны, а за яйцом сплошная тьма. Анна шла, её окружало яйцо, а она была его желтком, тёмно-серым желтком.

Знала, вокруг люди и дома, но их не видела. Мир отстранился от неё так же, как она отстранилась от мира. Она была не здесь и не во сне, а в микро-вселенной яйца, и состояла из боли и обиды. Захотелось исчезнуть, не быть. Её несло неведомо что и неведомо куда. Исчезли: время, звуки, свет, было только невыразительно-серое и тьма. Она просто шла в безвременье.

Вдруг, увидела внизу бурлящую чёрную воду. Анна стояла на плотине и смотрела вниз. Зима была не властна над ревущим потоком, здесь не было льда. Внутреннее пространство яйца расширилось, оно захватывало уже и воду внизу. Вода манила, притягивала и сама тянулась к Анне.

Потянуло пригнуть в эту бездну. Анна знала, пять минут будет очень больно. Испытала эту боль, когда лёгкие разрывает удушье, ей когда-то не пошёл наркоз в больнице. Помнила ощущения. 

«Дети — подумала она, но они на неё так фыркнули. — Они меня не любят. Я им не нужна. Мама? Я никогда не была ей нужна». Вода настойчиво тянулась к Анне, приглашая в нирвану небытия. «Мне даже не будет холодно, будет никак. Всё кончится: боль, обида. Ничего не хочу», — думала она. 

Анна смотрела на воду — сейчас она перелезет через перила и всё, только всплеск и круги«. Она была готова и всё решила: «Всего пять минут». Анна улыбнулась и бесконечное спокойствие заполнило её. Как хорошо, когда заполняет спокойствие.

Вдруг, резануло — она должна деньги компаньону по бизнесу. Он никогда не подвёл и полностью ей доверяет. Поверил на слово, внёс в дело сбережения всей его семьи, деньги, собранные честным трудом за всю жизнь. Если она вот так уйдёт, деньги ему никто не вернёт, у него даже не осталось документов... Не могла она так подвести человека, который верил ей. Он был не причём, и поступи она так, это была бы не она.

В секунду исчезло яйцо и тьма, она увидела, что ещё светит солнце и искрится снег, и удивилась. Она стояла у кромки плотины, рядом с ногой лежал апельсин. До сих пор, она его не видела. Наклонилась поднять, но от прикосновения апельсин качнулся и упал в воду. Заколыхалось жёлтое пятнышко и пошли круги по воде. Ей стало зябко, отступила назад. Вода уже потеряла свой магический дар притяжения, Анна пошла домой.

Было непривычно светло, снег хрустел под ногами. Как она сюда пришла? Сколько времени шла в темноте? Она увидела людей, суетящихся в предпраздничной спешке: кто-то тащил ёлку, кто-то апельсины, шампанское. У входа в универмаг было много людей, в последний момент покупали новогодние подарки.

Анна шла долго, хотя могла доехать на транспорте. Пересекла несколько улиц с интенсивным движением. Как она сюда прошла и ни с кем не столкнулась? Не попала под машину? Ведь ничего не видела. Что её вело? Что остановило? Долг? 

Дома убитый таракан лежал под столом, мать готовила колдуны, она с тревогой посмотрела на дочь: «Дети придут в одиннадцать, встретят с нами Новый год, а потом уйдут с одноклассниками на ёлку. Просили пригласить Димину маму, а то она одна». Аня позвонила Диминой маме и пригласила. 

В одиннадцать пришли девочки, Дима и его мама. И только за столом, когда собрались все, она почувствовала: её любят дети, жалеет мать, и она их всех любит. Спасибо компаньону, что доверил ей деньги, долг остановил. Говорят, если человек пытался покончить жизнь самоубийством, он обязательно это сделает. Но с ней этого не случится, она очень любит жизнь, детей, небо, свой дом и этот мир. 

Пробили куранты, Анна распахнула окно и пригласила войти Новый год, поблагодарила Старый. Потом, закрыла окно и спросила: «Вы видели? Дед Мороз бросил нам под окно подарки!» Все засмеялись и побежали во двор забирать под окном подарки. 

Дети были уже практически взрослыми, но ждали деда Мороза. Они знали, что это мама прячет подарки, но хотели верить в сказку. После боя курантов пошли звонки и поздравления, и она почувствовала, что совсем не брошенная. Кроме того, он позвонил самый первый.

Она никому не сказала, что была на пороге. Её вела неподвластная ей сила, эта сила сама всё определяла, после этого она на многое поменяла свой взгляд. Почему она вспомнила? Это было так давно. Подумала: «Я тогда была молодой и влюбленной. Нет, это не была чёрная полоса. В жизни больше белых полос, а чёрные — это подчёркивание белых».

Выбор редакции

Калейдоскоп

Восточный гороскоп на следующую неделю

Восточный гороскоп на следующую неделю

Стрельцам на этой неделе не нужно переоценивать своих возможностей.

Общество

«Инвестиции в молодежь — инвестиции в будущее!»

«Инвестиции в молодежь — инвестиции в будущее!»

Такой лозунг взял для своей избирательной программы один из самых молодых депутатов Палаты представителей восьмого созыва.