Вы здесь

Руководитель Национального концертного оркестра Беларуси Максим Рассоха: Музыка — как вкусное блюдо


Максим Рассоха стал художественным руководителем и главным дирижером Национального академического концертного оркестра Беларуси, когда не стало Михаила Финберга. Оркестр теперь носит имя бывшего руководителя и не отказывается от наследия его создателя: традиционные фестивали, концерты — их более 60 в год. И новая жизнь — через новые проекты, которые Максим Рассоха умел придумывать и наполнять содержанием еще будучи молодым музыкантом. Подумать только: выбирал между кулинарным техникумом и музыкальным училищем...

Белорусская музыка приобрела искреннего исследователя, человека, создающего коллективы, способные удивлять, и стремящегося ее представить так, чтобы не отпускала...


— Когда вы поняли, что хотите быть дирижером?

— В музыкальной школе я учился на трубача, но к музыке не тянулся от слова совсем. Правда, однажды понял, что у меня получается, и начал интересоваться. А если у человека получается, когда его хвалят — хочется, чтобы еще похвалили. И я решил, что буду делать дальше. Был выбор: кулинарный техникум или музыкальное училище. Очень люблю готовить, да не просто по рецепту, а импровизирую. А музыка — как вкусное блюдо, которое мы выбираем в ресторане: когда понимаем, из чего она приготовлена, то появляется предчувствие, что получим удовольствие. Я поэтому на концертах и рассказываю о произведении, что будет звучать, — в нем есть изюминка, и я ее раскрываю. Своего рода музыкальная кулинария. «Вкусно» должно быть и в музыке...

Я поступил в музыкальное училище и выбрал гобой. Понимал, что мои сокурсники уже лет пять играли на инструменте, а я начал с нуля. Приходилось много заниматься. А когда был на втором курсе, мы собрали небольшой коллектив, для которого я впервые начал делать аранжировки, дирижировал им. Затем в Академии музыки, где я учился по классу оркестрового дирижирования у выдающегося музыканта и педагога, заслуженного артиста Беларуси Бориса Степановича Чудакова, мы с друзьями создали квартет деревянных духовых инструментов. По распределению я пришел работать в Президентский оркестр Республики Беларусь, где и появился квартет «Ривьера», в состав которого вошли артисты оркестра фаготист Дима Солтан, лучшая флейтистка Беларуси Татьяна Кармазинова и кларнетист Дмитрий Яроцевич. Вместе с «Ривьерой» мы стали обладателями Гран-при на международном конкурсе в Финляндии, потом было много других конкурсов и фестивалей. Также записали несколько дисков, среди которых программа Евгения Глебова, куда вошли балетная сюита «Маленький принц», музыка к балету «Альпийская баллада» и другие произведения. Мы вчетвером играли за весь состав оркестра.

Благодаря композитору Глебову я попал в мир белорусской музыки: услышал однажды его «Белорусский танец» из «Полесской сюиты» — что за мелодия!.. Я же еще преподаю в знаменитой 10-й музыкальной школе имени Глебова, которой руководит заслуженный деятель культуры Беларуси Тамара Артемовна Куницкая. Как раз был юбилей композитора, и мы захотели представить «Дудку-весялушку» из мультфильма — так возник коллектив из 12 человек. На следующем концерте школы «Зимняя сказка» в Доме офицеров я уже дирижировал им... С ансамблем «Минск-Классик» мы записали диск Глебова «Музыка белорусского кино». Получилось, что у меня не было цели стать дирижером, но для реализации своих творческих идей я создавал разные коллективы.

Был момент, когда возникла дилемма: дирижировать коллективом или играть в нем. И случилось так, что в это же время в Президентском оркестре заболел и главный дирижер, и второй дирижер. Меня попросили выручить — нужно было записать одно произведение. Я согласился помочь. Именно тогда я осознал, что буду дирижировать. И позже даже стал вторым дирижером этого знаменитого оркестра, правда, как запасной игрок. А хотелось творчества.

Поэтому, когда мне предложили стать деканом оркестрового факультета Белорусской государственной академии музыки, согласился. А уже через три месяца с духовым оркестром Академии, которым управляю и сейчас, мы поехали в Москву и заняли второе место на Всероссийском открытом конкурсе духовых оркестров. Однажды я обратился с предложением к ректору Екатерине Николаевне Дуловой реализовать музыкальный проект к 90-летию со дня рождения Евгения Глебова. Впоследствии академия получила грант специального фонда Президента Республики Беларусь, и мы с духовым оркестром представили этот проект во всех областных городах Беларуси. На следующий год я был отмечен грантом Президента Республики Беларусь в сфере культуры.

Как музыкант и дирижер я работал в различных коллективах Минска и Гомеля. Была возможность понять, что для меня музыка — это и любимое дело, и образ жизни.

— Есть большой пласт музыки, путь которой к слушателю непрост. Белорусская музыка хорошо известна широкому кругу?

— Как у Михаила Яковлевича, у меня в приоритете национальная музыка. Ради нее было создано много фестивалей, они занимают свое место в биографии оркестра. У меня был период, когда я длительное время проводил в архивах. Много музыки удалось найти: ноты, рукописи, очень много довоенных. Эта музыка не звучит со сцены, нет ее и в записях. Благодаря Белорусской академии музыки были выпущены сборники рукописей, которые мне удалось найти. Теперь их можно взять в библиотеке, играть произведения. Люди должны хотя бы раз услышать музыку, чтобы понять ее ценность, ведь это же наша история, не говоря уже о том, что произведения всегда несут идею. Когда в Академии музыки были курсы повышения квалификации, к нам приезжали дирижеры из разных музыкальных и учебных заведений. Даже они с удивлением слушали историю разных произведений, просили ноты белорусских авторов, музыка которых нигде не звучит, ее невозможно найти. Я делился партитурой, и надеюсь, что музыкальная жизнь в тех колледжах стала более разнообразной. В том числе благодаря произведениям таких авторов, как Юрий Бельзацкий. Многие сегодня даже не знают такого композитора. А он в 1939-м, спасаясь от немецких захватчиков, оказался в Беларуси. Стал создателем, дирижером и композитором первого Государственного джаз-оркестра БССР, руководителем которого был Эдди Рознер. В 1947 году, когда оркестр был ликвидирован, Бельзацкий мог вернуться в Польшу, но остался здесь и продолжил эстрадную линию в Беларуси, стал художественным руководителем оркестра Белорусского радио и телевидения, еще до Бориса Райского. Несколько лет назад мы с ансамблем сделали передачу на радио, исполнили музыку Юрия Бельзацкого. А к 110-летию вышел сборник с его сочинениями, музыка стала доступной для исполнения. Есть и записи, которые можно послушать. И так со многими композиторами, которых мы исполняем.

На мой взгляд, наша задача в Беларуси — не просто играть музыку, которую все знают — этим публику не удивить. Все же нам ближе наша, национальная. Ее мы берем за основу — все наши фестивали, по сути, ради этого, каждый раз готовим новую программу. Например, на праздник музыки «Заславль — 2023», который традиционно проходит в конце января. Наша программа состоит из произведений известных композиторов, которые редко исполняются. Например, в исполнении струнного оркестра прозвучит «Павана» из балета «После бала» Генриха Вагнера. Чем чаще мы будем исполнять даже небольшие пьесы, увертюры, тем лучше люди будут знать нашу современную белорусскую музыку.

А в одном концерте тематически можно связать даже Бетховена и Богатырева! Есть много параллелей, через которые реально заинтересует публику белорусской музыкой, даже без навязывания 70 процентов на радио. А почему сложно оказалось найти столько белорусской музыки? Потому что много ее скрыто в нашем сложном прошлом, и до сих пор не найдено. Столкнулся с этим, когда по субботам играли «Вечера белорусского джаза» — а я давно мечтал сделать «Антологию белорусского джаза». Оркестр имени Финберга открывал первый джазовый концерт, м6ы представили музыку от Бельзацкого до Лученка и наших современников.

В истории нашей музыки много забытых имен, например Евгений Гришман, который писал эстрадную музыку на основе белорусского фольклора. В 1930-е фольклор в Беларуси был одним из приоритетных направлений, много экспедиций организовали Ширма и Титович, Чуркин собрал более 3000 белорусских народных песен. Национальное белорусское искусство стало подниматься фактически 100 лет назад. И композиторы писали музыку. Для концерта в Заславле мы выбрали первый в музыкальной истории нашей страны фортепианный квинтет на белорусские темы Николая Аладова, написанный в 1925 году, но в нем симфоническое мышление. Фактически это симфония, которая звучит более получаса, она основана на белорусских народных темах, на том фольклоре, который мы сейчас не знаем. Если бы в партитуре какой-то исполнитель не подписал, где какая тема звучит, мы бы и не узнали. Поэтому необходимо не просто исполнять белорусскую музыку — ее нужно еще и представлять понятным языком. Вот почему я веду концерты академической музыки сам — чтобы донести смысл, который важен для меня.

— На каких композиторов хотите обратить внимание в этом году?

— К 70-летию Владимира Солтана мы готовим несколько произведений: сделали переложение знаменитого концертного вальса и элегии — их темы были взяты из его собственной музыки к первому белорусскому сериалу «Проклятый уютный дом». Прозвучит знаменитая концертная пьеса для саксофона с камерным оркестром.

В этом году отмечаем 110 лет со дня рождения Анатолия Богатырева, мы исполняем вальс Нины из музыки к драме «Маскарад». Глебов, Смольский — у нас музыка разных композиторов, как и известных, так и менее известных. В частности, в прошлом году отмечали 120-летие со дня рождения заслуженного артиста БССР Самуила Полонского. Он родом из украинского городка Гайсина, учился в Киеве, но в конце 20-х годов прошлого века приехал в Минск. До Великой Отечественной войны руководил еврейским государственным вокальным ансамблем, Белорусской республиканской хоровой капеллой, ансамблем песни и танца Белорусского военного округа, писал музыку. Удалось найти рукопись камерной инструментальной музыки — для трубы, для валторны с фортепиано, для скрипки с фортепиано. Фактически это камерная музыка довоенного периода, ее нет в записи. Но вышел сборник Полонского, и теперь, зная о таком композиторе, можно играть его музыку. В частности, у него есть произведение «Кирмаш», написанное для белорусского народного оркестра. Фактически это музыкальная иллюстрация прошлого Беларуси, как «Картинки с выставки» Мусоргского. Сельская свадьба приезжает на ярмарку, молодые выходят и встречаются с разными персонажами. Торговки показаны через белорусскую польку. Слепой играет на лире — звучит «Перепелочка». Проходят мимо еврейского лотка — звучат еврейские мотивы. Встречают цыган — идет «Цыганочка»...Начинается произведение звуками колокольчиков и заканчивается ими, когда свадьба отъезжает. Мы в прошлом году представляли это произведение на всех фестивалях.

Также работаем с музыкой Алексея Туранкова, композитора со сложной судьбой. Его «Молдавская дойна», «Испанский танец » написан более 70 лет назад и вообще не издавались. Наши композиторы воплощали в музыке темы разных народов, поэтому можно даже сделать отдельную программу «Мелодии стран мира в творчестве белорусских композиторов». Думаю, надо издать ноты. Я называю такую работу музыкальной археологией: нашел рукопись, привел в надлежащий вид, инструментировал, нашел возможность исполнить и рассказать о произведении.

— В программу камерных фестивалей Финберг включал мировую классику — ведь оркестр эстрадно-сифонический и должен «держать лицо»...

— Мы развиваемся и с академической музыкой, когда играем такие произведения, как «Бранденбургский концерт № 3» Баха. Берем в репертуар музыку зарубежных композиторов, таких как Эдвард Григ. Готовим концерт к 110-летию Бенджамина Бриттена. Профессиональный коллектив должен исполнять музыку разную, но глубокую по эмоциям — она воздействует прежде всего на исполнителей, и они тогда способны лучше ее раскрыть. Ведь на концерте хочется почувствовать не только удовольствие, но и прожить маленькую жизнь — есть такая музыка. Например, Cantus композитора Арво Пярта, посвященный памяти Бриттена. Мы сыграли на репетиции, закончили — а музыканты оркестра продолжают молчаливо сидеть... Такая музыка заставляет слушать и о чем-то задуматься.

— Как вас приняли музыканты после такого авторитетного руководителя как Финберг?

— Я человек противоположный Михаилу Яковлевичу по характеру. С музыкантами общаюсь как товарищ. Могу по-дружески попросить что-то сделать, не требуя слепого подчинения. Во-первых, это высококлассные профессионалы. Я сам музыкант, а это коллеги, с которыми я могу реализовать свое видение. С музыкантами у нас хороший контакт, мне приятно с ними работать. С каждым концертом они больше узнают обо мне, а я — о них. Струнной группе больше повезло в этом смысле — у нас больше академических концертов. Иногда я веду концерты в стиле стенд-ап, как это было в Несвиже, где уже в новом году мы представили проект «Рождественский джаз» в радзивилловском дворце. Обыграли выход музыкантов — получилось шоу на 2 минуты. «Духовики» первый раз увидели, как я веду концерт — была полная импровизация, в театральном зале кроме белорусов были зрители из России, Казахстана, Израиля, Украины, нужно было их расшевелить. Помог рассказ о мелодии Глена Миллера «Маленький коричневый кувшинка» — по сути, это инструментальная версия знаменитой застольной песни (праздник все-таки!). А в июле во дворе Несвижского дворца планируются два вечера джазовой музыки. Не побоюсь сказать, что наш оркестр — законодатель джазового искусства в Беларуси. В феврале мы проведем традиционный проект «Минский джаз». Естественно, через призму моего понимания этой музыки.

Музыканты, даже те, кто долго работает в оркестре, охотно идут на что-то новое, ведь душу не обманешь, ей нужны свежие эмоции. К счастью, мы можем играть музыку разных жанров и стилей.

— Национальный концертный оркестр Беларуси народ любит и знает в большей степени по концертам популярной музыки. Но можно ли этим удивить?

— И здесь наш приоритет неизменен — музыка белорусских авторов. Есть желание выполнять яркую, эффектную. Планируем концерт поэта-песенника Олега Жукова к его 80-летию. У нас пополнение среди солистов: Татьяна Прохоренко, которая участвовала в «Фактор.ву», яркая, перспективная исполнительница, в ней бездна драйва и эмоций, и Андрей Колосов, который недавно получил медаль Франциска Скорины.

В марте в Большом зале филармонии представим проект «Шлягер на все времена». Первый концерт будет посвящен великому Муслиму Магомаеву. Песни в его исполнении стали настоящими шлягерами, они будут подкреплены видеоконтентом. Второй концерт — бенефис заслуженных артистов Республики Беларусь Натальи Тамело и Дмитрия Кочаровского. А третий концерт приурочен к 100-летию со дня рождения знаменитого советского режиссера Леонида Гайдая. Прозвучит музыка из его кинофильмов в сопровождении видеоряда с яркими урывками, цитатами.

— Может быть, появится программа музыки из белорусского кино?

— Этим летом возле Ратуши с коллективом «Минск-Классик» мы представляли «Музыку белорусского кино». Есть мысли развивать эту тему, тем более что в 2024-м 100-летие белорусского кинематографа. Нужен или проект, или грант. Потому что оркестр готов сыграть любую программу с любым солистом и в любой точке земного шара. Есть вопросы организации: нужно давать рекламу, зазывать публику. Появилось много новых коллективов, этому, как ни странно, поспособствовала пандемия. Поэтому музыку нужно еще продать, чтобы люди были готовы заплатить деньги за билеты.

Вот почему мы занимаемся созданием таких проектов и концертов, которые и впредь будут жизнеспособными, которые нам нравятся. Планируем сделать проект академической музыки, в котором покажем наших соотечественников-музыкантов, живущих в разных странах. В июне в Большом зале филармонии струнный оркестр нашего коллектива выступит с ведущим пианистом Европы Тимуром Сергеенем.

В этом году стартует проект «Мечты детства». Лучшие ученики музыкальных школ столицы будут играть под аккомпанемент Национального академического концертного оркестра Беларуси имени М. Я. Финберга в концертном зале «Верхний город». А в мае лучших из лучших ждет большой концерт на уличной сцене возле ратуши. Думаю, этот проект станет ежегодным. Мне он кажется не только привлекательным, но и очень важным. У нас недооценивается значение музыкальных школ, и мы хотим напомнить об их основной функции — прививать любовь к музыкальному искусству. А оно развивает мышление человека и обогащает душу. Ведь музыка — это особый язык, понимать который может научиться каждый.

Лариса ТИМОШИК 

Фото из архива Максима Рассоха

Выбор редакции

Жилье

Арендная ставка на съемное жилье продолжает снижаться

Арендная ставка на съемное жилье продолжает снижаться

Свежесть района, квартиры с новой планировкой — эти факторы сегодня имеют ключевое значение.

Образование

В фокусе — профессиональное образование

В фокусе — профессиональное образование

Руководители образовательных ведомств Андрей Иванец и Конгратбай Шарипов уверены, что сотрудничество в сфере образования является важным фактором для устойчивого социально-экономического развития двух стран.

Общество

«Серая» зарплата — печальные результаты

«Серая» зарплата — печальные результаты

Что теряют работник и государство?

Финансы

Как банки защищают от мошенников денежные переводы

Как банки защищают от мошенников денежные переводы

За четыре месяца 2024 года раскрываемость тяжелых киберпреступлений по сравнению с аналогичным периодом прошлого года повысилась на 19%.