Родом Александр Григорьевич из Хойникского района. В Наровле живёт с 1976 года. Трудовой путь начинал в местной сельхозхимии водителем. Участвовал в ликвидации последствий катастрофы на Чернобыльной атомной электростанции. Впоследствии перешёл работать в Полесский государственный радиационно-экологический заповедник лесником. А когда в 2018 году в рамках мероприятий, направленных на развитие и возрождение территорий, пострадавших от чернобыльской катастрофы, согласно Указу Президента Республики Беларусь от 21.01.2013 № 41 река Припять в границах заповедника была официально открыта для промышленного рыболовства, принял предложение перевестись в созданную рыболовную бригаду.
Водный пост, где базируются рыбаки, находится недалеко от Конотопа (деревня в Наровлянском районе). «Бригада наша небольшая, — рассказывает Александр Туровец, — основной состав всего два человека — я и Сергей Кислицкий. На сезон массового лова привлекаем третьего работника — Владимира Тиханкова. Вместе трудимся уже много лет, и за это время стали настоящей командой. По-другому тут и нельзя. Промысловый лов — тяжёлый труд, да и техника безопасности обязательно должна соблюдаться. Река ошибок не прощает». Каждую неделю независимо от сезона и погоды по нескольку раз бригада выходит на лов. Исключения составляют только два месяца в году, когда действует нерестовый запрет.
Специфика биологии рыб определяет трудовой график рыбаков. Основной период, когда речная рыба активно кормится и перемещается, — вечер и первая половина ночи. Поэтому, как правило, рабочий день начинается не как у всех — с утра, а после обеда. Сбор на посту, подготовка снастей, инструментов, снаряжения и, конечно, осмотр и выбор основного «шанцового инструмента» — сетей. В зависимости от сезона используют сети длиной до 75 м и высотой от 2 до 4 м. Все они опломбированы Государственной инспекцией охраны животного и растительного мира при Президенте Республики Беларусь, как положено по закону.
Разрешённая для ловли акватория — от Конотопа до бывшего посёлка Белая Сорока. Это около 72 км по водной глади. После 16.00 бригада отплывает от поста, и ближе к вечеру начинается выбор мест и установка сетей. Поскольку у каждой реки есть свои особенности, связанные с течением, ландшафтом, рельефом дна, профессиональные рыбаки стараются под них подстроиться. Например, для облегчения вытягивания сети в тёмное время, по словам Александра Туровца, они придумали и смастерили светящуюся конструкцию, которую крепят буйком, благодаря чему всегда виден конец сетки. Таких нехитрых приспособлений и усовершенствований хватает.
Около 3-х ночи наступает самый ответственный и тяжёлый этап — подъём сетей. Летом за один выход вылавливают по 400–500 кг рыбы. Осенью бывает, что и тонну достают. В основном это толстолобик, амур, лещ, щука, сом, язь, судак, чехонь, окунь — практически все виды, которые обитают в Беларуси.
«Хлопоты, — говорит Александр Григорьевич, — доставляет сом. Особенно, когда в сети попадётся рыба килограммов под 100, а то и более. Они большие, мощные — пока вытащишь, сто потов сойдёт. А такие большие экземпляры нам не нужны, но чтобы отпустить, надо сначала из сети достать. Это только в лодке можно сделать. Вот и приходится силы и время тратить. Кстати, сомов у нас развелось много, на мой взгляд, можно было бы без ущерба увеличить сроки лова на них. Тем более, что и спрос в торговле есть».
Если в сети попадают краснокнижные или иные запрещённые к вылову особи, то их сразу же отпускают. Так было с однажды выловленной стерлядью. Ранее предпринимались попытки восстановить численность этой редкой рыбы искусственным зарыблением, но значимого успеха пока не достигли. Что касается наиболее распространённых видов, таких как амур или толстолобик, то помимо промышленного их лова, бригада ежегодно осуществляет и зарыбление реки молодью. Принцип ответственного и рачительного природопользования соблюдается неукоснительно.
По возвращении на пост в Конотоп рыбаки сортируют и взвешивают улов. Данные сразу же вносятся в специальный журнал учёта, а для дальнейшей транспортировки оформляется товарно-транспортная накладная. Под утро приезжает машина, которая забирает рыбу и везёт её в Хойники. Там расположена лаборатория, осуществляющая необходимые исследования. К слову, за годы работы бригады не было ни одного случая, когда рыбу забраковали бы по радиологическим показателям. У единичных особей иногда выявляли несоответствие микробиологическим нормам, но это редкость. После получения обязательного ветеринарного сертификата безопасная продукция отправляется в торговлю.
За год бригада вылавливает более 30 т рыбы, которую реализуют среди местного населения. Спрос на неё стабильный. Быстрее всего разбирают сомов. Видимо, ограниченное количество, своеобразный вкус, минимум костей и рекомендации диетологов играют положительную роль в его популярности. Впрочем, толстолобики и амуры по полтора десятка килограммов также не залёживаются на прилавках. Речная рыба востребована и, главное, полезна для здоровья.
Когда наступает нерестовый период, рыбалку закрывают. Для членов рыболовной бригады — это время отпусков. Александр Григорьевич увлекается выращиванием винограда. Дома растёт несколько сортов. А ещё он плетёт из лозы корзины, кошели. Раньше эти навыки помогали создавать полезные для дома вещи. Теперь же это хобби, а готовые изделия — скорее аутентичные авторские изделия, напоминающие о том, как и чем жили предыдущие поколения.
Огромные сомы на Припяти — не редкость. Рыбины более полусотни килограммов и двух метров в длину попадаются рыбакам каждый год. Например, в 2021-м удалось вытащить сома на 80 кг, в 2023-м — на 90 кг. В прошлом году минчанину попался экземпляр длиной 227 см и массой 64,3 кг. А в нынешнем апреле рыбак из Мозыря поймал на спиннинг такого гиганта, что его не смогли даже взвесить — электронные весы не были рассчитаны на такой вес. Правда, измерить длину получилось — 202 см.
Упомянув про лозу, Александр Туровец вспоминает о «конкуренте» — речном бобре. В последние годы на находящимся под его постоянным контролем водном участке Припяти развелось большое количество этих грызунов. Они объедают лозу, подгрызают деревья, делают завалы, засоряют реку. Похоже, что обмеление и пересыхание мелких речушек способствует активному переселению бобров на Припять. А охранный статус заповедной территории, фактическое отсутствие естественных врагов, которые могли бы выполнять регулирующую функцию, создают для них максимально комфортные условия. Пока сложно предугадать, к чему приведёт такое переселение данных животных, но определённые проблемы уже есть и желательно обратить на это внимание специалистов-биологов.
Отказавшись покидать родные места в теперь уже далёком 1986 году, после чернобыльской катастрофы, Александр Туровец выбрал другой путь — остался жить и продолжил работать с надеждой, что всё восстановится. Время показало, что усилия по вовлечению в хозяйственный оборот восполняемых природных ресурсов при соблюдении жёстких санитарных норм позволяют решать социально-экономические задачи региона. И даже на пострадавших от аварии на ЧАЭС территориях реально вести хозяйственную деятельность, но это возможно только тогда, когда есть люди, которым дорога малая родина и они делают всё для её возрождения.
Андрей АКИМОВ
Фото Анатолия ДРИБАСА, из архива Александра ТУРОВЦА, narovla.by
