Аборигенные виды
И медведь, и рысь — аборигенные виды для Беларуси. Научно подтвержденных данных об их численности в прошлом и в первых десятилетиях этого века нет. Но известно, что в конце XIX века, например, только Витебской губернии за одну охоту добывали от 2 до 4 медведей. В 1947 году, согласно Правилам и срокам охоты на территории БССР, среди обширного списка разрешённых к добыче животных, также были указаны рысь и медведь. А в 1959 году, согласно архивным документам, не только вёлся отстрел медведей, но и была организована закупка их шкур.
До 1962 года медведь относился ко вредным животным, и охота разрешалась на него круглый год. При этом, по мнению охотоведов того времени, общая численность оценивалась порядка 100 особей, а изъятие в пределах 10 голов, позволяло без ущерба поддерживать популяцию в стабильном состоянии. Впоследствии, почему-то без подтверждённых данных, например, о резком снижении численности, из «вредного» вида медведь, миновав статус охотничьего и нормируемого сразу же «перешёл» в краснокнижный.
По экспертной оценке, в период 1920-2010 годов численность бурого медведя варьировалась в пределах 60-240 особей. Это вполне реалистичное предположение, с учётом того, что с 1981-го медведь был включен в Красную книгу Беларуси и его изъятие прекратилось. Слабая изученность местной популяции, недостаточное количество, а то и просто отсутствие специалистов должного уровня, способствовали появлению во многом субъективных оценок состояния аборигенной группировки бурого медведя, которые, в свою очередь, значительно повлияли на принимаемые в дальнейшем решения.
Что касается актуальных данных по динамики численности, то они достаточно ярко демонстрируют общее состояние мониторинга за краснокнижным животным. На 2023 год по всей республике зарегистрировано 700 медведей, при том, что в 2003 году их было всего 150. А уже в 2025 году только в охотничьих угодьях насчитали около 1070 и сюда не вошли те звери, которые обитают на особо охраняемых природных территориях и иных, где не ведется охотничья деятельность. То есть сколько реально косолапых бродит в лесах по стране — неизвестно никому.
Европейскую рысь включили в Красную книгу Беларуси в 1993 году, как вид, численность которого сокращается. На то время, по данным учёта, популяцию оценивали в 400-450 особей. К 2004 году — последующему изданию очередного выпуска Красной книги, это число уменьшилось до 200-280, но уже в 2011 году увеличилось до 807, потом в 2015 спад до 420, в 2021-2022 годах рост — 1000-1100, в 2023 — 1315 особей. На конец 2024 года специалисты говорят о цифре 1700. При этом стоит отметить, в утвержденном в 2011 году Плане управления популяцией рыси европейской в Республике Беларусь, указано, что экологически потенциальная численность рыси в Беларуси при состоянии кормовой емкости угодий на уровне 2006-2008 годов оценивается в 1520 особей.
Парадоксы Красной книги
Открытие охоты на рысь и медведя вызвало неоднозначную реакцию в обществе. Бинарный статус, когда животные одновременно находятся и в Красной книге и списке охотничьих видов также не добавило ясности в сложившуюся ситуацию. Почему же так получается? Причин несколько. Одна из них ¬— недостаток верифицированных данных.
Включение в список редких и находящихся под угрозой исчезновения на территории Беларуси видов диких животных (Красную книгу) осуществляется на основании таких критериев как: ограниченность распространения и малочисленности популяций, ежегодное сокращение численности и (или) ареала в течение 10 лет или трёх поколений или если виды подпадают под действие международных договоров Республики Беларусь. Обоснование готовит Национальная академия наук Беларуси. Пример с бурым медведем показывает, что объективных причин включать данный вид в список особо охраняемых не было изначально. Был недостаток достоверных данных и преобладало желание взять под дополнительную охрану знаковое животное.
Более того, включение в Красную книгу в итоге оказало «медвежью» услугу не только медведю, рыси, но и барсуку. Поскольку виды были исключены из охотничьих, они выпали из обязательных учётов, которые регулярно проводят охотпользователи. Учёт численности охотничьих животных финансово затратное, трудоёмкое, требующее специальных навыков мероприятие, в котором задействуется большое количество людей. Мониторинг краснокнижных видов осуществляется силами научных сотрудников. Понятно, что ни людских ресурсов, ни финансовых для организации регулярных учётов в масштабах страны у них попросту нет.
Медведь, рысь и барсук, перейдя в разряд краснокнижных утратили привлекательность для охотников. Если раньше для увеличения количества зверей — потенциальных трофеев, охотники вкладывали средства, проводили биотехнические и охранные мероприятия, то в отношении особо охраняемых это потеряло смысл. К тому же обязательная регистрация мест обитания краснокнижников влечёт определённые ограничения и обязательства, никак не способствующие развитию охотничьего хозяйства.
Временный компромисс
Нынешнее объективное увеличение численности в стране таких крупных хищников как медведь и рысь, я бы сказал, произошло не благодаря, а вопреки ранее декларируемым охранным мерам, которые, фактически, предполагают только запрет на изъятие. А ведь известно, что даже ограниченное изъятие может способствовать росту группировки зверей. В нашем случае, во многом именно активная деятельностью охотпользователей, связанная с расселением и увеличением охотничьих видов копытных животных, содействовала значительному росту числа хищников.
Как сообщил начальник отдела охотничьего хозяйства Министерства лесного хозяйства Александр Козорез, сейчас в Беларуси насчитывается около 50 тысяч лосей, примерно столько же оленей, 130 тысяч косуль. Для сравнения: в 2000-м лосей было 14,9 тыс., оленей — 4,1 тыс., косуль — 46,5 тыс. особей. Если в 1994 году охотниками добывалось всего 27 лосей, то сегодня около 9 тысяч. Это показатели грамотного управления охотничьими ресурсами, усиленного контроля за браконьерством и создания благоприятных условий для воспроизводства животных.
Выросшая кормовая база, несомненно, повлияла на всплеск численности медведя и рыси. И, закономерно, для охотников они стали конкурентами, сдержать хищничество которых они не имеют возможности. Это привело к тому, что среди части охотников укрепляется мнение о «вредности» таких хищников. Происходит формирование двух антагонистических групп: одни выступают за неприкосновенность медведя и рыси, в глазах других это вредители, с которыми надо бороться. Думаю, неправы обе стороны.
Придание медведю и рыси, как ранее зубру, бинарного статуса и открытие на них охоты — это временный компромисс, в попытке сгладить уже возникшие противоречия между охотничьим сообществом и их противниками. Также это превентивная мера для предупреждения и минимизации реальных и потенциальных конфликтов между человеком и хищниками. Однако в перспективе, для формирования в обществе объективной оценки в вопросах охраны и пользования восполняемых природных ресурсов, необходимо уже сегодня задуматься о подготовке специалистов нового профиля — экологи, специалисты по комплексному управлению дикой природой. Именно они должны будут анализировать информацию в контексте взаимоотношений человек—природа с учётом интересов каждой из сторон и моделировать дальнейшее развитие событий, предотвращая потенциальные конфликты.
Андрей КОРАБЕЛЬНИКОВ
Охота на медведя и рысь в особом режиме, позволяет контролируемо регулировать их численность, на основании разрабатываемых Национальной академией наук Беларуси планов управления популяциями.
