Вы здесь

Рабочий день — ненормированный. Летом работникам сельского хозяйства не хватает еще одного часа в сутках


По итогам переписи населения прошлого года, около 77,5 % белорусов живут в городах. Соответственно, в сельской местности проживает всего 22,5 % наших сограждан. Таким образом, профессия хлебороба становится все более редкой и «эксклюзивной». Жатва — хороший повод посмотреть, как живут люди, чья работа в прямом смысле кормит страну.


Если в городе девушки хотят замуж за айтишника, то в деревне говорят, что спутника жизни следует искать среди комбайнеров — они не боятся работы и умеют зарабатывать деньги. В агрогородке Жодишки Сморгонского района молодежи не слишком много, но не все уехали в город в поисках лучшей доли. Самому молодому комбайнеру в Жодишках еще нет 25. Он в прошлом году окончил университет, работает в хозяйстве агрономом по защите растений, а во время жатвы садится в кабину комбайна.

— У нас молодежь, которая пришла после вузов или колледжей в агрономию, в зоотехнику, — все они работают. В основном по распределению, но есть и те, кто остаются, — рассказывает директор филиала «Жодишки» УПП «Сморгонский комбинат хлебопродуктов» Андрей Янюк. — У самого молодого нашего ветврача уже закончилась отработка, но она осталась работать. Специалист по кормозаготовке два года отработал и тоже остался...

В штатном режиме

Работа комбайнера — сезонная. Основная зарплата — с мая по сентябрь-октябрь. Потом — затишье, зарплата скромная. В декабре-январе у трактористов — время трудовых отпусков. Зато в сезон можно заработать несколько тысяч долларов. Правда, работать иногда приходится по 13–15 часов в сутки — и даже больше.

— От чего зависит зарплата комбайнера?

— От количества намолоченных тонн и, разумеется, от качества — объясняет директор. — Некачественный намолот свидетельствует о непрофессионализме комбайнера, который плохо отрегулировал свой комбайн.

Разные культуры в разную погоду требуют разных настроек оборудования. Этому, разумеется, учат в колледжах, где готовят трактористов. Но профессионализм, как и в любом деле, приходит только с опытом. Кстати, обслуживанием и ремонтом вверенной ему машины комбайнер занимается сам — СТО для комбайнов не предусмотрено.

— Почти тысячу тонн уже намолотил, — рассказывает комбайнер Станислав Плоский. — В этом году урожай хороший. Я ячмень молотил всю дорогу. Пшеницы было бы больше, там зерно тяжелее. Конечно, и на ржи скорее «набил» бы тысячу.

Но тут, как в армии — на какой участок поставил главный агроном, там и «борись». Впрочем, как пояснил собеседник, особенности убранных культур также учитываются при начислении зарплаты.

— А откуда пошла эта традиция-комбайнеры -«тысячники»?

— Еще с тридцатых годов прошлого века, — отвечает директор. — Тогда на комбайны за каждую тысячу звездочки клеили. С тех пор эта традиция и осталась — «тысячники».

— Как и понятие «битва за урожай»?

— Да какая там битва!.. Мы не боремся, а работаем в штатном режиме. Есть годы, когда бывают вопросы по погоде, по-разному созревает одна культура на разных полях, нужно искать, куда поехать убирать сегодня и завтра. В этом году с погодой повезло, можно убирать все подряд — любую культуру, кроме яровой пшеницы, которая еще не созрела. Что такое сегодня уборка? Приехал на поле в 80 гектаров — и убирай себе. Главное, чтобы ничего не ломалось и чтобы были машины вывозить зерно.

Человеческий фактор

Комбайн впечатляет своими размерами — в кабину высоченной машины нужно подниматься по довольно длинной лесенке. Управляется эта махина джойстиком. Есть две педали — сцепление и тормоз — и около десятка тумблеров справа.

— Здесь включаем молотилку, тут — жатку, это — выгрузка зерна, — проводит для меня ликбез Станислав.

Сегодня утром шел дождь, и на поле комбайны выйдут чуть позже-мокрое зерно хорошо не вымолотится, нужно, чтобы немного просохло. Опытный комбайнер видит поле и сразу же понимает, какие режимы нужны для уборки. Часто эта профессия переходит в наследство. А еще нередко экипаж комбайна — это отец и сын. В филиале «Жодишки» таких два.

— Во время жатвы (и зерноуборки, и особенно кормозаготовки) очень важен человеческий фактор, — говорит директор. — Ведь это процесс творческий, здесь нужен и талант, и опыт. Есть трактористы, которым суждено только прицеп за собой таскать. Ни уборку зерна, ни заготовку кормов им не доверишь. Не то чтобы они пьют или не стараются — просто не получается. А те механизаторы, которых можно посадить и на комбайн во время жатвы, и на уборку кормов отправить, и на пахоту, и на животноводческие объекты, в любом хозяйстве — «золотой запас».

Филиал «Жодишки» — сырьевая база Сморгонского комбината хлебопродуктов. Сюда (и на ряд других предприятий) по госзаказу поступает зерно, выросшее на полях хозяйства. Кроме того, частично из собранной здесь пшеницы делается известная «Лидская мука». Почти 80 % урожая направляется на производство комбикормов (в хозяйстве — почти 9 тысяч голов скота).

Пра­цяг­ласць фi­лi­яла «Жо­дзiш­кi» — ка­ля 45 кi­ла­мет­раў з ад­на­го кан­ца гас­па­дар­кi ў дру­гi.

Домашнее хозяйство — на женские плечи

В агрогородке Жодишки около тысячи домов, средний возраст населения — 45 лет. Когда летом мужчины от темна до темна в поле, домашнее хозяйство полностью перекладывается на женские плечи.

— Да какое там хозяйство! — говорят местные жители. — Это раньше по две-три коровы имели, а сейчас мало где держат даже одну. Куры, гуси, индюки, кое-где свинья или овца. Ну, огород, разумеется, теплицы...

Восьмичасовой рабочий день — на ферме или в сельисполкоме — тоже никто не отменял. Как и мытье, уборку, готовку пищи.

— Просто мы так привыкли, объясняют мне. Каково это — жить в деревне и не поставить возле дома теплицу?

Можно, конечно, и по-другому. В последние годы в Жодишках и окрестностях активно скупают дома минчане — как дачи на лето. Живописная Вилия, чистые озера, сосновые леса... Большой город напрягает, «все включено» — надоело, райские острова — далеко не каждому по карману. А здесь — чем не остров? Особенно если забраться дальше в лес, где даже мобильная связь не работает.

— Иной раз в такой глуши дома покупают! Им чем дальше от населенных пунктов, тем интереснее! — рассказывают здесь о приезжих.

Делают в стареньком домике ремонт, а более состоятельные — приобретают землю и ставят новый дом. Травички посеяли, качельки поставили и высоким забором все это обнесли. У коренных жителей ограждения довольно условные, низенькие, чтобы соседкам удобно было переговариваться за работой в огороде. Так что мода на высокие заборы вызывает определенное неудовольствие. У местных жителей все еще принято добрососедство. Свадьбы, правда, всей деревней уже не празднуют, и встречаться люди стали реже в связи с пандемией. Хотя особой паники здесь не было. Директор рассказывает, что и маски, и дезинфицирующие средства были закуплены и раздавались работникам, но люди пользовались всем этим только, когда ехали в город.

Лето в деревне — пора, когда в сутках не хватает еще одного часа.

— Бывает, прилетишь по темноте с работы, а еще дома нужно многое сделать. И делаешь допоздна, — делится Станислав. — А назавтра так спать хочется! С другой стороны, жил бы в городе — что там делать? Хорошо, если еще свой дом, огородик, гараж. А если нет? После работы лег на диван и пиво пьешь? Скучно.

Гендерное равенство сюда пока не добралось. Женщин-«комбайнерш» нет, и даже такое предположение вызывает улыбку.

— Если бы девушка отучилась на тракториста и была толковым специалистом — взяли бы на работу, почему бы нет, — говорит директор.

Но, несмотря на возможность заработать деньги, женщины пока в эту сферу не идут.

Выходным летом в сельском хозяйстве не бывает. Отдых будет зимой.

— Сейчас после комбайна на пахоту пойдем и почти до «белых мух», как говорят, — говорит Станислав. — А зимой на работу идешь часов в 9, и в три-четыре часа дня уже свободен. Зимой на ремонте в основном стоишь. Зарабатываешь с конца весны до октября, а потом живешь на эти деньги.

Ра­бо­чы дзень кам­бай­не­ра  па­чы­на­ец­ца ў сем га­дзiн ра­нi­цы. А па­ло­ве вось­май кам­бай­ны  ад­праў­ля­юц­ца на по­ле.

От росы до росы

Рабочий день комбайнера начинается в 7 часов утра. Вечером обычно люди уставшие, необходимые технические работы по ежедневному обслуживанию комбайна и заправку топливом переносят на утро. В восемь, если нет дождя, техника уже в поле.

По полю комбайн движется со скоростью 3–5 километров в час. Если посевы редкие — быстрее. Работа на комбайне требует постоянного внимания — нужно слушать мотор и смотреть в жатку, чтобы колосья срезались аккуратно. Следить, чтобы за комбайном не оставалась «грива» (несжатая полоса), — задача помощника комбайнера. Если «грива» есть, в зависимости от ее ширины машина или возвращается и жнет ее, или помощник делает это вручную. За день один профессиональный экипаж может убрать около 20 гектаров поля. Можно и 30 гектаров, говорят комбайнеры, но это если работать и ночью. Однако по ночам убирают лишь некоторые культуры. Чаще комбайны работают на полях «от росы до росы».

О нормированном рабочем дне в сельском хозяйстве в теплый сезон речь не идет. Работа и заработок измеряются не часами, а тоннами намолота — сколько заработаешь, столько и получишь. Обед и ужин комбайнерам привозят непосредственно в поле из столовой комбината хлебопродуктов. Первое, второе, компот, булочки. Хозяйство оплачивает 80 % стоимости питания, 20 % высчитывается из зарплаты. По деньгам это где-то от 60 копеек до рубля. Платить за питание комбайнеров во время жатвы полностью или частично, каждое хозяйство решает само: где-то кормят бесплатно, где-то удерживают и 50 % стоимости блюд.

Если на поле полеглица, работа идет медленнее, ведь колосья надо сначала поднять. Но в этом году сильной полеглицы нет. В окрестностях Жодишек было только одно такое поле, и его уже убрали.

Протяженность филиала «Жодишки» — около 45 километров из одного конца хозяйства в другой. Зерновых к уборке — около 2900 гектаров и еще 400 гектаров рапса, который уже убрали. А комбайнов здесь десять. Два новых, отечественного производства, были приобретены в прошлом году.

— Не мало машин?

— Справляемся. Еще и соседям помогаем.

Есть в хозяйстве и немецкие комбайны, и американский John Deere. Но, как пояснил собеседник, то, что более опытным комбайнерам достается иностранная техника, — не более чем стереотип. Механизатор получает комбайн i лет 10-15 на нем работает каждый сезон: за эти годы привыкаешь к своей машине, изучаешь ее «нрав».

— Если бы предложили пересесть на «американца», я бы, наверное, отказался. Шестой сезон моему комбайну i — тьфу-тьфу, не проговориться — серьезных поломок не было. По мелочам — понятно. Исправляю сам. Сам ремонтируешь — сам бережешь.

— Интересно работать на комбайне?

— Интересно. А может быть, просто привычка. Работать же где-то надо. И моя работа мне, в принципе, нравится, — пожимает плечами Станислав.

Почти тот же вопрос — за что любите свою работу? — задаю и директору филиала «Жодишки».

— Наверное, за то, что в сельском хозяйстве можно увидеть результат своего труда, — говорит Андрей Янюк. — Сегодня посеял — вскоре взошло. Если все сделано правильно да погода не подвела — будет урожай. То же самое и в животноводстве: кто-то доит по 7 литров на корову, а кто-то — 22 литра, как наше хозяйство. Сколько труда вложил, такой результат и получил. Мне кажется, возможность увидеть реальный результат своей работы — это очень важно для каждого. Это мотивирует и придает жизни смысл.

Александра АНЦЕЛЕВИЧ, фото автора

Выбор редакции

Религия

Восстановленный Туровский крест показали в Минске

Восстановленный Туровский крест показали в Минске

Вечернее богослужение в соборе прошло, овеянное дорогими для всех символами возвращения и возрождения духовных традиций.

Общество

Воспитанники Весновского дома-интерната, что на Могилевщине, делают своими руками иконы для построенной на их территории часовни

Воспитанники Весновского дома-интерната, что на Могилевщине, делают своими руками иконы для построенной на их территории часовни

Культовое сооружение, которое будет освящено на праздник Покровов в честь святителя Патрика, просветителя земли Ирландской, уже полностью готово, осталось только украсить храмовые стены иконами.