Вы здесь

А где будет лучше? Даже если остается один в деревне, наш человек очень часто до последнего держится за родные стены


Впервые над этой темой заставило задуматься знакомство с единственной жительницей деревни Жданки под Каменцом, что на Брестчине. Это было давно, про Марию Клюку я писала в 2008 году. Тогда очень поразило, что одна старушка живет даже не где-нибудь в селе у дороги, а фактически среди лесов. Казалось, что ей должно быть страшно, особенно зимними вечерами, ночами. Мария Алексеевна на такие предположения только смеялась.


В гармонии с собой

Сегодня не новость, что абсолютное большинство пожилых людей не хотят менять свой привычный образ жизни на городские стены, даже если дети очень зовут. Повезло тем, кому выпало доживать свой век вдвоем. Если со временем кто-то остается один, то соседи рядом. Но есть и такие, кто становится единственным и последним жителем населенного пункта. А это, как говорит известный телеведущий, совсем другая история.

Так вот Мария Алексеевна Клюка всю жизнь прожила в этой деревне, в доме, которую построили ее родители. Как она сказала тогда: одна-одинюткая на всем свете. Был у нее еще брат, но умер очень молодой от болезни. Не осталось и племянников. Родителей досмотрела. Потом умерла последняя односельчанка.

Только социальный работник приходила к Марии Алексеевне, больше для того, чтобы продукты принести, лекарства. Домашнее хозяйство она справляла сама. «Хорошо живу, люди помогают, Бог помогает» — рассказывала жительница Жданков. Люди в ее понимании — это социальный работник Лидия Жук и ее подруга из соседней деревни Ольга Клюка. Ольгу дети иногда возили в церковь, с собой брали и Марию Алексеевну. И это для последней было величайшим праздником.

Одинокая женщина ни на что не пожаловалась, не заговорила об одиночестве, грусти, трудности, наоборот, рассказывала, что все у нее есть, упомянула, как обрадовалась, когда в прошлом месяце к пенсии прислали какую-то сумму. Оказалось, сельский совет позаботился о разовой материальной помощи. «Включу телевизор — полный дом людей, говор! Разве может быть скучно? — рассказывала хозяйка, а потом добавляла — Самая большая благодать Божия, когда спокойно, когда войны нет». Она совсем не унывает, не считает себя обделенной судьбой, поэтому живет в полной гармонии с собой, другой жизни не представляет и главное, категорически нельзя сказать, что Мария Алексеевна несчастливый человек — думалось тогда. Она, например, очень радовалась приходу весны, ведь в это время подтягивались соседи-дачники, можно было услышать голоса, детский смех, переговорить с потомками бывших хозяев и приезжими людьми, купившими дома под дачу. А еще бабушка Маня очень любила цветы, поэтому и ждала прихода весны.

Сильная духом

Еще одна совсем одинокая женщина некогда поразила меня не столько жизненной историей, сколько жизненной позицией. Надежда Семеновна из Малоритского района полная противоположность предыдущей героине. Если Мария Алексеевна была человеком очень мягким, добродушным, то ее ровесница Надежда, несомненно, имела более твердый характер. Его закалила жизнь. С молодости и до пенсии Надежда Семеновна отработала колхозным водителем. Жила одна, поодаль, фактически на хуторе. И когда почти совсем перестали слушаться ноги, пострадала от воришек-злодеев, вынесли все ценное из дома средь бела дня, посмеиваясь в глаза. Знали, что кричать нет смысла, никто не услышит, а ходить бабушка почти не может. Так вот с той поры монтировку она держала не в кладовой, а при себе. Так и жила почти до последнего в своем доме.

Бывшая заслуженная колхозница, когда разговорились, рассказала, почему замуж не пошла. В своей компании девушек она была моложе. Подруги одна за другой стали венчаться. И такие разные их женихи в семейной жизни становились одинаковыми мужьями. Все били своих жен, нередко очень, даже жестоко. Это сейчас говорят о семейном насилии с осуждением, а тогда, по крайней мере у них, сельская община считала такое поведение нормой. Зрелые женщины говорили, что так было и раньше, и деды, и родители так жили. А вот она, Надя, не посчитала издевательство за норму, она тогда училась на курсах водителей. А когда один лихой парень, что с рюмкой дружил, пришел в сваты, спросила, как он относится к этой проблеме. Жених стал бормотать что-то невнятное. Словом, поняла, не лучше других. Сказала ему про монтировку, которая может стать, как говорится, оружием мести. Он и скис, лихачество пропало. А она тогда решила, что замуж не пойдет. И не пошла. Работала всю жизнь на полную мощь, грамот разных, благодарностей осталась полная лопасть. Вот только здоровье подвело на склоне жизни. Когда стало совсем невозможно себя обслуживать, согласилась на больницу сестринского ухода. Там она очень быстро угасла, а кабы ноги не отказали совсем, то несомненно, сильная духом женщина жила бы до последнего дня в своем доме.

Не предать память

И если упомянутые выше последние жительницы деревень были одиноки, то абсолютное большинство таких же граждан имеют детей. Те живут в городах или даже соседних деревнях, зовут родителей к себе. А старики не спешат, хотя и понимают, что детям легче было бы забрать пожилого отца или мать. Некоторые, правда, достигнув пенсионного возраста перебираются к родителям ухаживать за ними. Но не у всех есть такая возможность, и тогда родители делают свой выбор сами. Любовь Максимовна Жабрун из Бортновичей Пружанского района рассказывала мне, почему не может покинуть свой дом. Ей кажется, что таким образом она предаст память о муже. Женщина упомянула, как тяжело им пришлось, когда возводили дом: «Все делали со своей копейки, больше своими руками, каждый рубль считали. Однажды натрудившись день на работе, потом на стройке своего дома, вечерком зашла в магазин, купила небольшой кусок сала — все, на что хватило денег, а потом вышла и обмолела у стены. Может, от недоедания, может, от тяжелой работы. Вот так нам этот дом достался. Но сделали все, как хотели, и печи из кафеля, и комнаты просторные. А мой Алексей хозяин какой был! Дров, что заготовил, лет на десять после него хватит. Здесь все такое родное, каждая ниточка, кажется, моими руками перебрана... Так как же я могу это оставить? Буду сидеть в нашем доме, пока ноги будут держать», — сказала женщина.

А что одна, ее это не особенно напрягает. На подворье бегает ее верный Буран породы овчарка. Два раза в неделю приезжает автолавка, раз в неделю почта газету привозит. А весной соседи подъедут обрабатывать огороды возле родительских усадеб.

Міхаіл Герасімчук з Немкавічаў Пружанскага раёна.

Один — против

Интересно, что все мои героини ждут весну как время наступления дачного сезона, а у Михаила Герасимчука вторая действительность. Он в своих Немковичах и зимой, и летом один. Так случилось, что в деревню больше никто не приезжает даже на выходные, даже летом. Только тракторы начинают активно работать с наступлением сезона, ведь деревня, получается, стоит среди больших участков полей. А ему, бывшему механизатору, этот железный гул очень радует ухо. Михаил Юстынович иногда подойдет к нынешним трактористам, поговорит. Со старшими из них когда-то работал в колхозе. А работник был не абы какой. Имеет орден Трудовой Славы III степени, медаль «За доблестный труд». С женой вырастили двух сыновей, есть четверо внуков, два правнука. Но где-то выбираться из своего дома Ветеран труда не собирается. Когда остался один, освоил некоторые навыки готовки. Говорил, что варит суп для себя и своих питомцев, на подворье имеются кот и две собаки. Продукты доставляет машина райпотребсоюза, иногда заезжает председатель сельского совета проведать. Внуки не забывают. Каждый день Михаил Юстынович видится с приятелем из соседней деревни. Тот тоже остался вдовцом.

А еще у Юстиновича душа болит за маленькие деревни: «Неправильная политика была при Брежневе, — рассуждает он, — Не поощряли жить в деревне, наоборот, делали все, чтобы молодые убегали. Ну вот, если бы тогда хоть чуточку строили жилье, может, мой сын и его товарищи осели бы здесь, может не опустели бы наши деревни вдребезги. Сейчас строят, много сделали за последние 20 лет, но в больших деревнях, в центрах колхозов, а наши так и остались умирать». Так что он, как кажется, подсознательно и выражает свой протест против умирания отдельно взятых Немковичей.

Вольга Букач з вёскі Субаты Маларыцкага раёна.

Спасательный автобус

Еще одну категорию одиноких жителей деревень довелось встречать во время путешествий по таким населенным пунктам. Остается, скажем, одна старушка, а рядом дом покупают молодые горожане, обустраивают агроусадьбу или даже жилье. И старому человеку становится веселее, качество жизни существенно меняется. Вот как, например, одинокую Анну Зенчук в Зеньках Каменецкого района опекают молодые соседи Олег Степанюк и Инна Хомич. А у Марии Сипливой из Пружанского Залесья есть дети, которые зовут к себе. Но появились в деревне Сергей и Настя, которые не только дом отремонтировали, агроусадьбу обустроили, устраивают здесь фестивали, концерты, естественные мероприятия. А Марию Лукьяновну иногда просят успевать, она много старых песен знает. «А куда же ехать, если здесь лучше», — сказала Мария Сипливая.

И в этом, наверное, скрывается ответ на вопрос, почему они так держатся за свои старые дома, даже если остаются совсем одни в пустых деревнях. У нашего человека вообще присутствует боязнь перемен. Помню, как после переезда в новую квартиру, более просторную, с ремонтом, я полгода переболела дискомфортом, это в среднем возрасте. А решиться на радикальные перемены, прожив всю жизнь, еще сложнее. Ольга Букач из Малоритской деревни Субаты вот так объясняла: «Дети стали постепенно приучать к мысли о переезде. Забрали меня на Новый год, просили побыть еще, чтобы Рождество вместе отметить. А мне, не знаю, как это рассказать... скучно стало, не знаю, куда себя деть. Они на работу пойдут, смотрю в окно, а там вокруг чужие люди. Сижу и думаю, как там мой дом без меня. Одним словом, не стала ждать выходных и просить сына, чтобы завез, села на автобус и приехала». И таких, как она, много, кого забирали, а потом отвозили обратно, в свой дом.

Светлана ЯСКЕВИЧ

Превью: pikabu.ru

Выбор редакции

Экономика

Всемирная прачечная: евразийские барьеры на пути отмывания грязных денег

Всемирная прачечная: евразийские барьеры на пути отмывания грязных денег

Расширение сотрудничества ЕЭК и Евразийской группы по противодействию легализации преступных доходов и финансированию терроризма (ЕАГ) 10 июля обсудили министр по экономике и финансовой политике ЕЭК Тимур Жаксылыков и директор Росфинмониторинга, председатель ЕАГ Юрий Чиханчин.

Экономика

Как защищаться от риелторов, которые не хотят работать по закону

Как защищаться от риелторов, которые не хотят работать по закону

Лицензия агентства «Готовые решения» упразднена, «Империи недвижимости» — приостановлена, а «Твоей столице» выписано предписание.

Общество

«Я искал вас всю жизнь». История любви фронтовой медсестры

«Я искал вас всю жизнь». История любви фронтовой медсестры

В свои восемьдесят она была вполне элегантной женщиной.