Вы здесь

Олег Ждан: Для романа покаяние не может быть такой мощной идеей


Как известно, на Дне белорусской письменности в Слониме были объявлены результаты конкурса «Национальная литературная премия 2019». Победителем в номинации «Лучшее произведение прозы» стала книга известного писателя Олега Ждана (Пушкина) «Гений». Олег Алексеевич — сотрудник нашего холдинга, редактор отдела прозы журнала «Неман».


С победителем литературного конкурса беседует корреспондент «Звязды».

— Над чем вы сейчас работаете?

— Мне часто задают этот вопрос, как будто писатель на самом деле не может прожить ни дня без строчки («ни дня без строчки»). Думаю, даже Плиний Старший, который и породил этот крылатое изречение, позволял себе расслабиться перед новой работой. Я теперь тоже расслабился, так как только что закончил новое повествование (или небольшую повесть) «Молитва» — о писателе. В прошлом году я также написал рассказ «Последний друг» — о редакторе большого литературного журнала, о специфических профессиональных и личных проблемах людей этой профессии. Работа редактора интересная, но иногда очень неблагодарная, это я знаю по себе. В большинстве случаев авторы принимают замечания и предложения, а вот на днях я получил письмо-обвинение, подписанное именем Алла Журавской. Интересно, что со сразу заблокированным обратным адресом. Не захотела девушка брать ответственность за свои слова.

Но это исключение. Работа у редактора вовсе не проста: с каждым рукописью нужно разобраться. То есть, внимательно прочитать, обдумать, принять решение ...

В «Молитве» же речь идет о молодом литераторе, его личная жизнь, творчество и некоторые болевые точки нашего общего бытия.

— Что в литературных планах на дальнейшее, Олег Алексеевич? Помнится, вы планировали написать большое произведение о своей матери. Тема насколько благодатна, настолько и сложна.

 Да, планировал, точнее  — надеялся, что смогу. Роман назывался бы «Вера» — это и имя матери, и душевное состояние человека. Двадцать лет прошло с тех пор, как мать ушла, а я до сих пор чувствую вину перед ней. Например, за то, что умерла без меня. И не только. Хотя, думаю, я был неплохим сыном. В мыслях веду разговор с ней, виню себя и оправдываюсь. Даже чувствую потребность покаяния. Перед кем? Разве что перед ее могилой в Мстиславле.

Что касается романа ... На десятой странице остановился, и — ни с места. Что-то ошибочное оказалось в самой задумке. По-видимому, для романа покаяние не может быть такой мощной идеей.

— А гений герой повести, давшйй название сборнику?

— Этот вопрос тоже часто мне задают. Но я не знаю. И вообще речь в повести не о том. Героя моего зовут Трифон, Тришка, он один на всей земле, ни друга, ни хотя бы приятеля, ни женщины. Даже мать не хочет или не может понять его надежды и стремления. Ему ничего не остается, как в одиночестве верить в свою звезду. И даже скажу так: ничего не остается, как стать гением. Он художник, ищет свой путь, не желает следовать каким-то образцам. А непонимание со стороны единственного близкого человека — матери — воспринимает как измену.

Но вот последние мысли о матери, которая умерла, последний абзац повести: «... Напишет (он напишет) что-нибудь действительно простое и хорошее, только для того, чтобы подтвердить ее веру: он — Гений. И еще для того, чтобы встретиться с ней в новой жизни».

— Образованный читатель знает ваши романы «Князь Мстиславский», «Государыня и епископ», «Беларусцы», другие произведения. Но не все видели ваши рассказы, напечатанные в российских журналах. Я нашел их в интернете и читал с огромным удовольствием. Как вы относитесь к тому, что иногда их сравнивают с рассказами Шукшина о «чудиках».

— Параллель, конечно, не совсем корректна, но ведь я тоже слышал такое от читателей. В любом городе, поселке, даже небольшой деревне всегда есть люди, которые чем-то выделяются. Кто-то чувством юмора, кто пристрастием к крепким напиткам, другой — своей судьбой. Есть такие персонажи и в моем цикле рассказов «Надо терпеть». Живут они и на родной мне мстиславской земле. Как я мог пройти мимо? Думаю, так же относился к таким людям и Василий Макарович Шукшин.

Но есть в этом цикле рассказы о судьбах сложных, в частности рассказ «Дом за оврагом». Такие произведения, возможно, трудно читать, но куда труднее жить людям с такой вот судьбой, как у моего героя, несправедливо обвиненного в убийстве. Или история Никиты Татарчонка (рассказ «Пожар»), которого ревность, точнее, любовь привели к ряду преступлений.

Либо герой рассказа «Надо терпеть»: «... Был у меня в деревне домик, будка в огороде под яблонькой, а в будке кроватка железная. Я на неё положил доски, а на доски соломки. Захочется — лягу, посплю. А еще была у меня собачка, хорошая такая. Куда не пойду она со мной. Отдохнуть лягу и она со мной. Ухо мне полижет, нос. Хорошая была жизнь». Но жизнь круто изменилась, когда старику пришлось переехать в город. «Нет, умирать не хочу. Пока поживу, интересно мне... Надо терпеть ».

Какие здесь «чудики»? Так что сопоставление с Шукшиным — поверхностное.

— В прошлом году вышла ваша детская книжка «Вы еще будете гордиться нами», которую вы подписали другим именем — Олег Ждан-Пушкин. Почему так? Читатели уже привыкли к литературной фамилии Ждан.

— Все просто. Это собственное от рождения имя никогда не надоест человеку и чаще всего нравится ему до последних дней. А псевдоним — Ждан — очень даже может надоесть. Ждан-Пушкин — родовая фамилия моего деда, священника Иоанна Константиновича, часть которого он потерял сразу после революции. Вот я и воспользовался ею.

Беседовал Владимир ХИЛЬКЕВИЧ

Название в газете: Нічога не застаецца, як стаць геніем...

Выбор редакции

Культура

Воспоминания об Аркадии Кулешове

Воспоминания об Аркадии Кулешове

История одного выступления.

Общество

Как настоящие мужики усваивают «женское» дело

Как настоящие мужики усваивают «женское» дело

В последние годы тема равноправия между мужчинами и женщинами переживает новую волну процветания.

Экономика

Разработчики — о новом Налоговом кодексе Республики Беларусь

Разработчики — о новом Налоговом кодексе Республики Беларусь

В прошлом году Налоговый кодекс Беларуси претерпел существенные изменения.