Вы здесь

Дмитрий Набоков: У меня есть только высота


Что приносят спортсменам рекорды, и как быстро они борются с серьезными травмами

Уроженец Белынич Дмитрий Набоков стал серебряным призером юниорского чемпионата мира в 2015-м, через два года завоевал звание чемпиона Европы среди молодежи, а в 2018-м побил рекорд Беларуси, державшийся 25 лет и был установлен еще Андреем Санковичем в 1993 году. Ранее до отметки 2,34 в прыжках в высоту никто из белорусов даже и не приближался, а Дмитрий Набоков на республиканской Универсиаде в Бресте прыгнул 2,36. Если бы такой результат он показал на чемпионате мира или Олимпийских играх, то точно попал бы на пьедестал. Например, с результатом 2,36 катарец Мутаз Эсса Баршим был вторым на Олимпийских играх 2016 года, а в 2018-м победитель чемпионата Европы немец Матеуш Пжибилко в своей лучшей попытке показал 2,35.

Однако тот прыжок Димы остался в прошлом, после этого молодой спортсмен получил серьезную травму и был вынужден прекратить выступления. Теперь после операции и восстановления прыгун возвращается к соревнованиям — сегодня Дмитрий входит в состав сборной Европы на матчевую встречу с США. О том, как проходило его выздоровление, сколько спортсмен прыгает на тренировках и почему тратит за несколько часов два килограмма, Дмитрий рассказал читателям «Звязды».


«Сейчас я прыгаю даже лучше, чем раньше»

—  Дмитрий, как себя чувствуете, после восстановления прошло совсем немного времени?

— Нормально. После самолета ноги затекли, были болевые ощущения в области шва, немножко больно прыгать, но ничего. К матчевой встрече Европа — США проведу еще три старта: в Люксембурге, Мадриде, выступлю на чемпионате страны или поеду в Берлин.

— Со временем вы выяснили причины серьезной травмы толчковой ноги. Это усталость или неправильно составленный график?

— Это не дело одного, двух месяцев, к этому все шло несколько лет. Нога начала беспокоить, когда на ней образовался большой нарост. Видимо, он достиг некоего критического пункта и начал болеть, от этого я не мог прыгать. Нога, может, и раньше болела, но я не обращал на это внимание. В один день все стало гораздо хуже, с тренером поехали в Москву, где сказали, что нарост сам не пройдет.

— Вам не сразу поставили правильный диагноз, это затянуло время ...

—  Бить в колокола мы начали в июле, августе, все это длилось до зимы, по МРТ были какие улучшения. Начинал прыгать с пяти шагов, все нормально, а вот с полного разбега, семи шагов, прыгать было больно. Я даже вышел выступать на Рождественские старты в Минске, но знал, что много там не прыгну, на этом зимний сезон закончился, а 1 февраля мне сделали операцию. Первый раз после нее я выступил только пару недель назад на Кубке страны.

— Что самое сложное было в этом непростом периоде?

— Психологически, конечно, давило, но я не могу сказать, что думал о чем-то, типа, закончить со спортом или перейти в другой вид. Есть цели, которые я преследую, ни о чем другом не думаю. У меня есть пирамида, вершина — это спорт. Для меня есть только высота и только спорт, а потом уже все остальное. Я знал, что буду прыгать, не потеряю ничего, так оно и получилось. Конечно, сложно было восстанавливаться, получаться стало все не сразу, надо было поработать, но работать много мне не привыкать. До сих пор я не могу сказать, что прыгаю без дискомфорта, он есть, иногда нога даже болит, но это должно пройти. После операции я стал долго распрыгиваться, особенно на тренировках. Попыток семь-восемь делаю просто безобразно и только на одиннадцатый-двенадцатый раз могу что-то прыгнуть. Вообще удивлен, как я прыгаю на соревнованиях, на командном чемпионате Европы не испортил ни одной попытки. Но в целом сейчас я прыгаю даже лучше, чем раньше.

— Кто был рядом в этот период?

— Федерация легкой атлетики не забывала ни на день, была оплачена операция, спасибо большое, в том числе лично Вадиму Девятовскому, он очень много делает для нас. Тренер Владимир Фомичев все это время был рядом со мной, договаривался с врачами, ездил со мной в Москву.

«Главное — не опозориться, потому что я это умею»

— Вы попали в состав сборной Европы на матчевую встречу, что скажете про этот турнир?

— Для страны это хорошая популяризация легкой атлетики. Я надеюсь, люди придут на стадион «Динамо», хотя у нас и не очень это популярно. Кажется, не все знают, кто такие Арзамасова, Талай, Герман или Недосеков, это же не футбол. В Берлине на чемпионат страны пришло 60 тысяч зрителей, вот там популяризировать уже ничего не надо. У нас на Европейских играх болельщики на трибунах, конечно, были, но, думаю, на матчевой встрече картина будет еще лучше, в первую очередь из-за имен, которые туда приезжают, все-таки это самые сильные люди Европы. Да и сами соревнования интересны. Интересный будет даже тот факт, кто выиграет первый подобный турнир.

Для меня лично попадание в сборную Европы — очень приятный факт. Попрыгать дома, попытаться показать классный результат. Главное — не опозориться, потому что я это умею. Конкуренция будет высокая, людей будет много, призовые хорошие, стадион прекрасен. Будем готовиться.

— После матчевой встречи будет еще один важный старт — чемпионат мира, планируете там выступать?

— Однозначно! Никогда не был на чемпионатах мира. Так получилось, что я поздно начал сезон, пока выступил только на трех турнирах, поэтому прыгаю каждую неделю.

— Довольны своими результатами на этих трех стартах?

— Сложно быть довольным прыжком на 2,18, я ехал побеждать. Мне было все равно, сколько я прыгну, главное —выиграть, но не получилось. В том, что я прыгнул немного, нет ничего страшного, пока еще есть нюансы. В погоде, которая была на командном чемпионате Европы в Санэсе, сложно показывать высокий результат. На пробе с высотой 2,21 у меня немного поехала нога, было больно, после операции психологически этот факт давит — вдруг опять что-нибудь случится.

— Матчевая встреча входила в ваши планы при подготовке к чемпионату мира?

— Планов особых не было, потому что операцию мне сделали в феврале, я не знал в принципе, когда смогу прыгать и как долго затянется восстановление. Состояние позволяло, значит, прыгали на тренировках. Появилась возможность выступить на Кубке страны, решили попробовать, прыгнул там 2,28, далее в Минске преодолел 2,30. На той работе, что мы делаем, я могу прыгать и до ноября, и до декабря. Даже несмотря на операцию и на то, что было упущено много времени, я стал прыгать лучше, понимаю, что уже готов прыгать выше, чем делал это год назад. Главное — попасть в хорошее состояние и погоду.

«Один человек на вид — это отвратительно»

— Долгое время ваше имя в первую очередь было связано с 25-летним рекордом страны, который вы побили. Как относитесь к этому сейчас?

— Абсолютно никак. Да, молодец! Так, высоко! Но надо прыгнуть еще выше. Рекорд страны — это приятный бонус, но на этом все закончилось. У тебя 2,36, а в Берлин на чемпионат мира ты едешь зрителем. У тебя 2,36, а большой контракт, условно говоря, NІKЕ не дает, потому что этот результат был показан у нас в Бресте на каком-то непонятном старте в какое-то непонятное время. Я получил за этот рекорд 700 рублей, а прыгнул бы на Бриллиантовой лиге — получил бы 10 тысяч долларов. Хотя хорошо прыгать надо везде. Ведь у нас не легче прыгать, чем в Испании или Германии. Совокупность факторов сложилось так, что хорошо прыгнул именно там, но я знаю, что могу больше. Прыжки там и тут отличаются твоим финансовым положением.

— Какую максимальную высоту вы брали?

— В этом сезоне 2,24. Если на тренировке я прыгаю за 2,20, то понимаю, что нахожусь в хорошей форме и на соревнованиях могу прыгнуть за 2,30. Но на тренировках ставлю планку максимум на 2,25, потому что не могу делать то же самое на тренировках и на соревнованиях.

— Есть конкретная цифра, которую вы хотели бы покорить?

— Нельзя загадывать. Конечно, первое, что приходит на ум, —  2,37: хочется побить личный рекорд. Предпосылки к этому видны, но не понятно, как поведут себя ноги, какая будет погода. Все должно сложиться. Чтобы вес был хороший, не менее и не более. Бывает, мне его не хватает.

— Вес спортсмена имеет большое значение в прыжках в высоту?

— За всех говорить не буду, но лично для меня так. Я слежу за этим аспектом. Если что, начинаю ограничивать себя в питании, сладкое не ем, сахар тоже. Идеальный прыжковый вес для меня 68 кг, 69,5 кг при росте 187 см. После командного чемпионата Европы встал на весы — 66,6 кг. Это уже мало. Во время соревнований чувствовал себя плохо, на улице холодно, а мне жарко, кожа горит. Прихожу домой, думаю, в чем дело? Сто процентов сбросил вес. Выходил на соревнования — весил 68,6 кг, пришел -— 66,6 кг. За несколько часов похудел на два килограмма. Волнуюсь, прыгаю, калории сжигаются. Чувствовал, что не хватает граммов 700 точно, от этого быстро заканчиваются силы.

— Если говорить в целом о конкуренции в вашем виде спорта, она большая?

— Хватает взрослых спортсменов, подтягиваются и молодые, людей у ​​нас много, можно прыгнуть 2,38 и стать пятым. Есть человек, тренируется у Евгения Петровича Загарулько, Миша Акимов, выступать его не допускают, но парень один из сильнейших в мире. Выиграл чемпионат России, близкий к отметины 2,36. Есть Илья Иванюк, который прыгает 2,33 и проводит этот сезон достаточно ровно. Наш Максим Недосеко, который, я считаю, на матчевой встрече без проблем может побить свой личный рекорд. Молодой парень из Италии сейчас прыгнул 2,33 у себя на чемпионате страны. Восстанавливается Мутаз Эсса Баршим.

Дарья ЛОБАЖЕВИЧ

Выбор редакции

Общество

Шоппинг с дополненной реальностью. Технологии 3D-моделирования откроют новый формат торговли

Шоппинг с дополненной реальностью. Технологии 3D-моделирования откроют новый формат торговли

Наша страна занимает третье место в своем регионе по количеству бесконтактных транзакций.

Общество

 «Умные» города. Как цифровизация изменит нашу жизнь?

«Умные» города. Как цифровизация изменит нашу жизнь?

Следующий этап — создание умных городов.

Общество

Непредвиденные путешествия. Как не потеряться в лесу?

Непредвиденные путешествия. Как не потеряться в лесу?

Теплая и влажная погода толкает к тому, чтобы пойти в лес.

Общество

ЦТ. Условия заданий одинаковые, варианты для выбора отличаются

ЦТ. Условия заданий одинаковые, варианты для выбора отличаются

Спецификация — это своеобразный алгоритм построения теста.