23 сентября, среда

Вы здесь

Репортаж из единственной в Беларуси мастерской профессиональных гитар


Кто бы мог подумать, что любовь к гитаре приведет к такому? Представьте, что вы закончили Санкт-Петербургский университет и специальность ваша – технология корабельного машиностроения. Своими глазами видели, как на большую воду спускают ледокол, и вам бы суда проектировать, но... Однажды вы просыпаетесь с идеей: «Я буду делать гитары по-настоящему целый день, чтобы это была моя профессия». Так, в лихие девяностые увлечение Андрея Кибиня рокерской музыкой не прошло даром – судьба привела в мастерскую.


Сегодня создатель гитар живет в Гродно. Он имеет единственное на всю Беларусь мелкосерийное производство гитар экстра-класса, достойных международной арены. Корреспондент «Звязды» посетила чудо-мастерскую и подсмотрела, как над шестиструнной колдуют золотые руки.

Идеальная елка

В просторном помещении с большими окнами пахнет лесом, свежей древесной стружкой. Здесь делают грифы и корпуса гитар. Здесь же их полируют, красят, сушат и собирают. Андрей Кибинь говорит, что производственная мощность позволяет делать чуть ли не 240 гитар в год, но за объемами он не гонится: за месяц 20 инструментов пока еще не выпускает. Цены колеблются от 500 долларов, цена отдельных моделей поднимается в несколько раз.

«Цена зависит от фурнитуры, породы дерева и того, как долго материал сушился естественным образом. Найти идеальное дерево – миссия выполнимая, но сложная. Например, ель ищу именно кавказскую, и то далеко не каждый кусок подойдет для гитары. Важен серьезный отбор», – объясняет Андрей Кибинь.

И отбор действительно серьезный. Какая порода, где росло дерево, какая там были почва, влажность, перепады температур, сколько лет оно росло и какую толщину накопило – все имеет значение. Когда-то советское производство делало дешевые гитары из березы, но последняя давала бедный звук. А вот клен, кедр, палисандр, орех, красное дерево с гитарами дружат.

По углам в мастерской отлеживаются запасы древесины. Некоторым доскам лежать еще пару-тройку лет. Материал для будущих гитар должен просохнуть. А вот и шестиструнные, которые ждут своей законной очереди на сборку.

От рисования эскизов каркаса до внешней отделки одного инструмента может пройти больше месяца. Здесь работают не только руками, но и головой, особенно ушами. Ведь каждый музыкант хочет что? Идеальный звук – глубокий, густой и певучий, достаточно мощный, сильный, интимный. Струны в мастерской ставят либо из нейлона, либо из железа. Первые дают мажорное звучание, бархат. Вторые – более брутальное.

Белорусская испанка и не только

«Каждая гитара –  результат математических расчетов по разработанной испанцами методике, где база – принципы золотого сечения, – говорит Андрей Кибинь. – Инструмент – это колебательный контур, который имеет струны, две опоры и дерево. Зная пропорции золотого сечения, можно не только спрогнозировать распределение звуковых волн, но даже управлять ими».

Каждая гитара жителя Гродно по форме абсолютно испанская. Это классический академический инструмент. Поэтому музыкальные школы и ансамбли заказывают гитары Андрея Кибиня партиями, часто их покупают родители для своих юных гитаристов-новичков. Конечно, прошли те времена, когда импортную гитару меняли на автомобиль, а гитара ГДРовского производства была апогеем грез любого советского музыканта. Но даже на сегодняшний день с его принципом «пожалуйста, все за ваши деньги» иметь, скажем, европейскую гитару проблематично. Цены такие, будто ее не из Германии авиапочтой доставили, а везли из самой Патагонии на парусной шхуне. В Беларуси Андрей Кибинь единственный создает инструменты надлежащего качества и стабильного количества.

Работа в мастерской не останавливается, кипит.

«Видите, – клея нижнюю деку, говорит Константин Бандурин, коллега Андрея Кибиня, – форма этой гитары будет немного выпуклая, – показывает он, прикладывая линейку. – Это делается, чтобы повысить ее прочность. Здесь работает физический закон, согласно которому прямые поверхности проломить проще куполообразных. Наверное, в школе вам приводили классический пример: цыпленок легко разбивает скорлупу яйца, снаружи же ее разбить сложнее».

«Это светлая гитара из ели?» – спрашиваю.

«Да! – слышу в ответ. – А вот те, – он показывает десяток других, – темнее – из кедра. После покрытия лаком некоторые из них приобретут цвет шоколада с молоком. Кому как повезет»,  улыбается.

В команде Андрея Кибиня три человека, таких же влюбленных в творчество, музыку, гитары. У них есть совместные секреты, которые тщательно хранятся в тайне от других производителей. Все-таки университетов по этому делу не существует. И наработанный собственными руками и собственной инженерной мыслью опыт слишком ценен, чтобы делиться им на «ютубе».

В окружении классических испанских гитар замечаю... цимбалы! Оказывается, география этого инструмента широка: не только Беларусь, Польша, Литва, но и Греция, Турция, даже – представляете! – Дикий Запад. Белорусские же цимбалы оформились в советское время.

«Сегодня в Беларуси нет производства белорусских цимбал. Ведь завод был, но он давно закрылся, а музыканты остались. И периодически они ко мне подходили, спрашивая: «Где же наши цимбалы? Где?» Спрос родил предложение, – говорит Андрей Кибинь. – Оказалось, что это не какой-нибудь ящик со струнами, а серьезный инструмент. Уже восемь лет делаю белорусские цимбалы».

Тест на качество

На инструментах Андрея Кибиня играют такие виртуозы, как Валерий Дидюля и Павел Кухта. С его гитарами музыканты побеждают на конкурсе имени Фраучи. Опробовал гитару белоруса и Томми Эммануэль, мастер уникальной импровизационной техники игры, дважды номинант на «Грэмми». Тогда во время своих минских гастролей австралиец очень высоко оценил инструмент. И американский гитарист-виртуоз Адам Рафферти тоже полюбил испанскую гитару от белоруса Андрея Кибиня. Из зарубежных мэтров на очереди остались разве что Элис Купер или Джон Патитуччи, но еще не вечер.

Участвует гродненец в зарубежных выставках музыкальных инструментов. Например, на франкфуртской ярмарке Musikmesse Frankfurt – важном событии для культурной сферы Германии, куда съезжаются выдающиеся музыкальные мастера со всего мира, а также блогеры, журналисты и, конечно, музыканты. Там Андрей Кибинь представлял Беларусь. И его гитары соседствовали с инструментами производителей с громкими именами Мартина и Тейлора.

«Решиться на участие в такой выставке большой азарт, всегда риск. Если твои гитары не понравятся, об этом честно напишут на весь мир – и отрицательные моменты гарантированы», – уверены в мастерской. Но до сих пор гитары родом из Гродно получали хорошую оценку.

«Без сучка и задоринки, даже с лупой надо постараться найти следы ручной полировки. У человека золотые руки, факт. Либо этот мастер гений, либо он на испанца свою наклейку наклеил», – оценил гитару Андрея Кибиня создатель Lorance Михаил Стрельцов.

Сейчас шлифуют дерево. И среди всего этого стука, бряцанья, шарканья чувствуется особая атмосфера, которая только и может быть в мастерской, где золотые руки месяцами колдуют над испанской гитарой или белорусскими цимбалами. Понятно и то, что инструменты, созданные на механизированном конвейере, не могут быть, как эти, живыми.

«Крутые брутальные рокеры имеют традицию. После концерта они разбивают гитару о сцену. Не варварство ли это? Что вы им скажете?» – спрашиваю.

Видите, какое дело... Крутые рокеры разбивают заменяемые дешевые гитары. И вот это уже варварство, обман. Надо разбивать те, на которых играют, любимые, – смеется Андрей Кибинь, а затем добавляет: – Я скажу: разбивайте, сжигайте, уничтожайте – и приходите за новыми гитарами!»

Маргарита САДОВСКАЯ

Фото БелТА

Выбор редакции

Культура

Говорят, что Анна Радзивилл превращается каждую ночь в сову

Говорят, что Анна Радзивилл превращается каждую ночь в сову

Давайте же начнем наши мистические путешествия по замкам и усадьбам.

Общество

Отшельник из Иваново. Россиянин приехал жить в Беларусь и создает новый имидж деревенской глубинки

Отшельник из Иваново. Россиянин приехал жить в Беларусь и создает новый имидж деревенской глубинки

Думал ли Владимир Вакуров, что судьба в 70 лет забросит его из Сочи в белорусскую глубинку?

Культура

Владислав Мисевич: Я очень хорошо знаю, что чувствуешь, когда обрывается все

Владислав Мисевич: Я очень хорошо знаю, что чувствуешь, когда обрывается все

Гастрольная жизнь многих артистов, особенно если она связана с пересечением границ, с марта стоит на паузе. 

Общество

Генеральный директор РУП «Белпочта» Светлана Юркевич: Мы будем развивать прежде всего почтоматы

Генеральный директор РУП «Белпочта» Светлана Юркевич: Мы будем развивать прежде всего почтоматы

На протяжении многих десятилетий почта ассоциировалась с традиционным набором услуг — письмами, посылками, газетами, пенсиями... Но современные технологии все больше входят в наш быт.